Кто нас накормит?

25.10.2020

Эксперты пугают надвигающимся мировым голодом, подорожанием продуктов питания. Планета не сможет прокормить свое население. Мы это уже почувствовали по взбесившим ценам в наших магазинах. Говорят, что египтян именно нехватка продуктов питания вынудила поднять бунт на своем корабле. Нам, кажется, не нужно бояться — бескрайние земельные угодья, почти безграничные возможности. Однако вместо того, чтобы поднять на высоту свое сельское хозяйство, мы едим заморские харчи, а наши поля зарастают бурьяном. Ничего не получается у нас с аграрными вопросами, нет понимания проблемы, не выработана стратегия. Отдались дикому рынку, власть надеется, что он расставит все по своим местам.

И он расставляет. Раньше в сельской местности страны проживало около 8 миллионов человек, сейчас остался всего миллион, в основном люди пожилого возраста. Исчезают села, деревни, закрываются школы, фельдшерские пункты, клубы. 40 миллионов гектаров земли заброшено, без удобрений и ухода почва деградирует. Живущих в нищете в деревне в три раза больше, чем в городе.

Страшными картинами, похожими на фильмы ужасов, встречают многие деревни. Большое стадо одичавших коров бродило нынешней осенью по окрестностям деревни Ичково Холмогорского района Архангельской области. Работники племзавода, не получая зарплату, отказались работать бесплатно. Выгнали коров за ворота, перевели их на самообслуживание. Около сотни животных долгое время промышляли по полянам, по огородам, подъедая у крестьян урожай капусты, моркови. Когда поживиться на огородах стало нечем, стали шарить по помойкам.

Вымя у коров вздулись, покрылись коростой. От деревни стадо отгоняли собаки и люди, возле леса подстерегали волки. В кустах находили растерзанные останки некоторых неудачниц. Истязания живого тела происходили у всех на виду, не высыхали слезы у жалостливых крестьянок, но сделать они ничего не могли, чужое добро нельзя было трогать. Обращались люди в администрацию района, там только фиксировали факты мучений племенных коров, как бы изучали, сколько несчастные могут в таком состоянии протянуть, но ничего для их спасения не делали. «Это частное предприятие, если бы оно получало господдержку, у нас были бы рычаги влияния. Но никаких денег от государства хозяйство не получало», — твердила начальник районного управления сельского хозяйства Нина Беляева.

Хозяин племзавода, некто Эдил Зурушев, обитал в это время в Москве. В июле он появился в Ичково, приказал забить несколько десятков голов, чтобы расплатиться с коммунальными долгами и выдать людям зарплату. Получив деньги, о зарплате забыл, снова скрылся. Оставленный им управляющий через несколько дней тоже исчез в неизвестном направлении.

При покупке племзавода Зурушев пообещал построить цех по переработке молока и мяса, начать переработку древесины. Вместо строительства перерабатывающих цехов и лесопилки по его приказу приехала команда рабочих и раскурочила на металлолом новые косилки, немецкие комбайны, а в остальном все пустили на самотек, в том числе заготовку кормов. В результате за 2009 год на племзаводе от голода пало 218 голов скота, из них 200 телят. Скотомогильник оказался переполнен, трупы телят собаки растаскивали по окрестностям.

Насчет отсутствия рычагов, чтобы прекратить эти пытки животных и людей, чиновница из района явно лукавила. В 2008 году племзавод получил 3 миллиона 369 тысяч рублей государственной дотации. Эти деньги, как уверяют бывшие работники, в развитие фермы так и не были вложены.

Можно было прервать эти пытки и другим путем. Скопились большие долги по зарплате, разве это не признак банкротства предприятия? Для обеспечения долга можно было забрать коров, продать их. Но для этого власти нужно было проснуться, хоть что-то делать, но она тянула время, ждала последних свидетельских показаний хозяина Зурушева, а он не откликался. Наконец кабинетные органы решились на действия. Коров собрали, загнали в загон, за ними бесплатно стали ухаживать сердобольные люди. Трудно было этим энтузиастам, трактора не могли подвезти сено с поля, не было горючего. В областном министерстве видели единственный выход — забой племенных животных.

Недавно наш президент Медведев, отказавшись от перевода стрелок часов на зимнее время, сказал, что такие перемены времени нарушают биоритмы. Пожалел не только людей, но и коров. «Я не говорю о несчастных коровах и других животных, которые не понимают перевода часов и не понимают, почему доярки приходят в другое время».

Многие коровы и другие животные задумываются у нас не о часовых поясах, а о том, почему власть их отдала таким безответственным хозяевам. В большинстве своем это, как и Зурушев, залетные промысловики. Таким налетчикам, лишенного здравого смысла, в основном и доверено поднимать у нас сельское хозяйство. Пользуясь нашими законами и покровительством местных чиновников, которые за небольшую взятку готовы и мать родную продать, экономические пираты разъезжают по всей стране, пытаются получить молниеносную выгоду. Скупают по дешевке действующие предприятия и вместо того, чтобы дать им новую жизнь, при первой неудаче бросают производство, бросают на произвол судьбы голодных работников, оставляют на верную гибель животных. Эти проходимцы не профессионалы, они не знают производственных технологий, не имеют перспективных планов. Они творят в стране разбой, мародерствуют на заводах и в поле. Им все равно, кого морить голодом, человека или животное — ничего не вздрагивает внутри.

Наши чиновники, говоря о неприкосновенной частной собственности, как бы отгораживаются от таких диких нравов забором. Как будто налетчики выкупают вместе с собственностью и право мучить животных, не платить людям зарплату. Высшие чины в места, где бродят одичавшие коровы, не заглядывают, им нужны асфальт и фейерверки.

Местная власть ближе к жизни, ближе к людям, она должна болеть за кусочки страны, которые им доверили, должна искать выход из создавшегося положения — если сами не в силах сделать, теребить верха. В конце концов, думать по-государственному, быть патриотом, гражданином. Каждый дом, каждый цех, каждый человек — это и есть страна. Все мы в это трудное время, кроме олигархов, которые живут за линей фронта, в Лондоне, находимся на передовой, отступать нам некуда. Боятся местные чиновники проявить себя, громко сказать о нужде низов верхним этажам власти. Если они будут слишком надоедать, их уволят, лишат куска хлеба с маслом.

Все эти муниципалитеты, администрации — сплошная мертвая зона, превращенная в последнее время в топкое болото, и не чиновники, не государственные деятели заседают на различных сходках, делая вид, что решают вопросы, а как бы лешие, домовые, кикиморы из русских сказок. Они сами себя лишили инициативы, им дали немного для пользования горизонтали, но отняли вертикаль, отняли небо.

Вот и гниет, погибает в этом болоте все живое. В той же Архангельской области, но уже в Вельском районе на ферме «Заря» от голода и холода погибли десятки коров. Прокуратура района провела проверки по факту жестокого обращения с животными. Но 245 статья Уголовного кодекса, «жестокое обращение с животными», для судей показалась слишком экзотической, да и сами коровы, очевидно, не смогли грамотно оформить обращение в суд, написать исковые жалобы. В результате обязали руководство фермы выплатить долги по зарплате работникам, и все. Решение суда есть, а касса закрыта, руководство фермы в бегах.

Такое разрушительное цунами катится по всей России. Прошлым летом работники птицефабрики из поселка Александровка Ейского района Краснодарского края били во все колокола, звонили, писали, просили помощи. В этих письмах были страшные слова: «Приезжайте, послушайте, как стонут куры». Птицефабрика, бывший совхоз, выжил даже во время войны, а сейчас пришли новые хозяева, которые оказались страшнее фашистов, все рухнуло под их напором. Нынешний собственник Жижкин под залог своего предприятия набрал кредитов в банке и скрылся. Его не могут найти. Полгода работникам не выплачивали зарплату. За долги отключили у фабрики электричество. Для сотен тысяч кур суточную норму корма, 120 граммов, пришлось сократить вдвое, втрое. Потом и эти крохи стали давать раз в три дня, потом в пять. Зерно, ввиду отсутствия электричества, птичницы забрасывали вручную. У птичниц сплошные синяки на руках, так свирепо несушки на лету хватали корм. Птицы гибли сотнями, трупы сжигали на костре. В конце концов не осталось от фабрики ни пуха, ни пера, только 123 человека безработных.

Можно и дальше перечислять подобные крематории, которые устроили на базе ранее процветающих хозяйств. Вот, например, Карачаевская птицефабрика около Калуги. 180 тысяч погибших несушек и работники, оставшиеся без зарплаты. В нынешнее время будут искать для этих трагедий оправдание, мол, засуха, корма подорожали. Нет, все эти случаи произошли летом, когда все было благополучно. О нынешнем голодном времени и разговор не стоит начинать. Недавно в Курской области выбросили на мороз миллион маленьких цыплят, это уже после засухи.

Конечно, государство должно помогать сельскому хозяйству, но бесполезно финансировать нынешних приезжих пиратов, которые, ища выгоды, делают набеги на село. Скупают сотни гектаров земли, фермы. Нужно искать хозяев, которые поднялись на этой самой земле, принимают её как родную, хотят для нее блага и расцвета. А приезжие похожи на оккупантов, которые захватили чужую страну. Душа отогревается, если встречаешь среди пришлых дикарей добрую, искреннюю душу, которая живет со своими работниками, простыми людьми, одной жизнью.

По своему географическому местоположению селенье Ручьи не может обзавестись даже зимником. Кругом болота. Навигация закрывается в октябре. До Архангельска 210 километров, билет на самолет 3100 рублей. Авиаперевозка одного килограмма продуктов стоит 37 рублей. Все здесь держится на рыболовецком кооперативе «Прилив». Его председателем является Сергей Коньков. Это единственное предприятие, которое предоставляет рабочие места в Ручьях. Коньков держит здесь стадо коров, хотя дело это убыточное, сенокосных лугов мало, технику в тундре использовать невозможно, весь транспорт гужевой. Молоко покупает население, а оставшееся с большими затратами перерабатывается и тоже продается в местном магазине. Масло идет по 125 рублей за килограмм, хотя его производство обходится в 1250 рублей. Издержки покрываются за счет рыбалки, кооператив поставляет донную рыбу в Архангельск.

— Получается, — говорят в кооперативе, — что мы выполняем функции государства: обеспечиваем рабочими местами, завозим дрова, производим продукты питания — и остаемся наедине со своими проблемами. Не будет работы — люди возьмутся за бутылку.

Сейчас население в Ручьях в основном непьющее. О таких государственных людях нужно говорить, прославлять. Делать их принципы государственной идеологией. Но пока они не в почете.

Поселок Ручьи выживает благодаря своему кооперативу и его руководителю Сергею Конькову. У нас в стране издавна в цене была община, всем миром брались за дело, помогали друг другу. Может, это и есть те организационные структуры, которые способны поддержать сельское хозяйство в нынешний трудный период. У нас же реформаторы стремятся разъединить людей, сделать их беззащитными одиночками. Так легче народом командовать, его перестраивать. Начал процедуру такого разобщения ещё царский министр Столыпин, через сто лет его идею подхватила наша элита. Пра-вительство стало даже вручать ордена его имени особо отличившимся единороссам. Воп-реки этим новомодным тенденциям наши люди по своей природе не индивидуалисты, а коллективисты. Им нужны собрания, общие решения. Народ сейчас лишили права голоса, публичного подбора лидеров, организаторов. Лишили не только голоса, но и права быть личностью, вот и вся наша демократия. Социальные службы узнают мнение народа по важным проблемам с помощью опросов, перехватывая случайных людей на улице, на трамвайных остановках.

Власть пытается сейчас решить проблему моногородов, различных поселков, в которых находится по единственному градообразующему предприятию. Одним из выходов из этого тупика, избавление от безработицы и банкротства предприятий стали бы, по моему мнению, выборы доброй части депутатов в местные законодательные собрания непосредственно от трудовых коллективов этих градообразующих предприятий. Коллектив должен бороться за свое выживание на этом уровне, а не доверять свою судьбу чиновникам от партии власти.

Спасая животноводство, в Бийском районе Алтайского края стали восстанавливать совхозы, колхозы. Коллективное стадо растет, а частное уменьшается. Для одиночек это занятие становится нерентабельным: чтобы прокормить корову, нужно 60 центнеров сена на зиму, а это 12 тысяч рублей.

В девяти коллективных хозяйствах Бийского района около 40 тысяч единиц крупного рогатого скота, 10 тысяч из этого стада дойные коровы. Примерно, по 14 литров молока ежедневно от коровы, по полтора литра получается на каждого жителя большого промышленного района в день. Это как бы и не колхозы, а бийские родники.

Нельзя ломать все через колено, как у нас сейчас делается, а нужно помогать людям, учиться жить в гармонии с природой и духом народа. Чтобы человек не становился рабом у залетного авантюриста, а сам, вместе с соседями, друзьями становился хозяином жизни. Работал для себя, на пользу деревни, маленького городка, для своей маленькой Родины. От такого созидательного и свободного труда будет рождаться не только хлеб, но и песня. К сожалению, у нашей власти на этот счет совсем другое мнение. Если довериться простым людям, то куда тогда деть чрезмерно расплодившихся диких капиталистов с их захватническим интеллектом, а они теперь основа нынешней системы, пишут для нас свои законы.

Читайте также: Самые свежие новости Новороссии.