Сергей Митрохин: велика вероятность, что нам не будут мешать

02.12.2018

Кремлю нужна демократическая партия в Думе. «Свято место» может занять «Яблоко». Выхода у властей нет – «придется принимать демократию в полном объеме» и не мешать, как на прошлых выборах. О перспективах партии, возвращении Явлинского и «ментовских утках» лидер «Яблока» Сергей Митрохин рассказал в интервью «Yтру».

«Yтро»: Сергей Сергеевич, по поводу будущего: все же Медведев или Путин в 2012 году?

Сергей Митрохин: Этого я не знаю, и мне, честно говоря, все равно. Но в любом случае, если будет Медведев – будет как сейчас. Если будет Путин – тоже будет как сейчас. Какая разница? Будет тандем, скорее всего. А если будет кто-то третий, подконтрольный Путину и Медведеву, опять же, какая разница?

«Y»: Скажите, пожалуйста, возвращение Явлинского в большую политику, во главу вашего предвыборного списка, с чем связано? И вы при этом никуда с поста лидера партии не собираетесь?

С.М.: Не собираюсь! У Явлинского другая немножко аудитория. У меня – своя специфика, меня некоторые сторонники нашей партии воспринимают хуже, чем его, и наоборот. Это принцип взаимодополняемости. Ведь задача лидера партии не в том, чтобы быть женихом на всех свадьбах, везде быть первым, в каждой бочке затычкой, а в том, чтобы организовать процесс и сделать его максимально эффективным. В данном случае, как мне кажется, идет концентрация ресурсов, кумулятивный эффект создается — Явлинский возвращается в политику, на первое место, и амбиции здесь ни при чем – кто первый, кто второй. Это ход, который, как мне кажется, является выигрышным для нашей избирательной кампании.

«Y»: Но лидер остается один, или в будущем вы станете сопредседателями?

С.М.: Что же мы ненормальные люди сопредседательство вводить? Мы же не хотим угробить «Яблоко».

«Y»: А почему Явлинский именно сейчас пришел?

С.М.: Во-первых, сейчас выборы, а во-вторых, по поводу «пришел», так я очень настойчиво просил его прийти. И благодарен ему за то, что он согласился.

«Y»: А он не хотел?

С.М.: Он размышлял, раздумывал…

«Y»: Почему?

С.М.: А не знаю, у него спросите.

«Y»: На тему самовыражения и вашей специфики…Зачем вы когда-то укусили милиционера, послали на три буквы репортера?

С.М.: Я не кусал мента. Это ментовская утка, что я его укусил.

«Y»: Не кусали?!

С.М.: Нет конечно!

«Y»: А почему все СМИ написали, что вы укусили милиционера?

С.М.: Потому что мент был пьяный и задел меня хлестиком рации. Я ему сказал: «Послушайте, вы сейчас понимаете, что вы меня фактически ударили в лицо, в некотором смысле?» «А вы… вы меня укусили!», — сразу начал врать мент. Ведь что менты делают, когда не правы? Сразу начинают врать. Дальше эту историю растиражировала пресс-служба ГУВД. На что могу сказать — с детства приучен не брать в рот грязных предметов! Вот. Так что здесь – не ко мне. Я не кусаюсь. И вообще я добрый человек по натуре.

«Y»: Это вы с некоторыми добрый человек, а вот коллегу-журналиста послали же на три буквы в эфире… И потом серьезные политологические инстанции анализировали – как же это Сергей Митрохин, лидер старейшей партии, да еще в прямом эфире, на х… послал журналиста!

С.М.: Я при этом снял микрофон и думал, что в эфир не попадет. Я предохранился, как мне казалось. Но получается, что здесь предохраниться очень сложно. Звук все равно идет.

«Y»: А Явлинский вас потом не ругал?

С.М.: Явлинский мне сказал: «Слушай, ты сделал то, о чем я мечтал 20 лет». Он имел в виду таких, не очень умных журналистов, которых у нас много бывает… Не всех, конечно, есть очень хорошие, умные, понимающие журналисты. А там вообще эскалация пошла на ровном месте – он меня пытался уесть рейтингами (это как раз было через две недели после начала событий в Египте). Я говорю: «А две недели назад знаете, какой высокий рейтинг был у Мубарака и его партии в парламенте?» Тут этот молодой человек почему-то начал звереть, пошел вразнос, и стал меня пытаться уесть, и сам стал почти материться. Почему-то его сильно озлобила эта фраза. Ну а дальше было то, что вы знаете. Я вижу, что человек превзошел все мыслимые пределы, а хамство надо наказывать. Это еще Гераклит сказал: наглость надо пресекать быстрее, чем пожар. Я понял, что вежливостью это пресечь невозможно. Есть люди, которые понимают только вот этот язык. А дать в морду — много чести.

«Y»: В общем, если вы пройдете в Думу, унылый тамошний ландшафт сильно оживится…

С.М.: Мы ставим перед собой более серьезные цели, мы не собираемся там ничего оживлять, цирк какой-то устраивать. Надо менять законодательство – воровское, коррумпированное, лоббистское до абсолютного неприличия. Вот этим будем заниматься там. А оживление – это уже будет сопутствующим эффектом. Отдельная тема — кормушки, которые у нас пристроены ко всему бюджетному процессу. Вот мы будем эти кормушки зачищать, насколько в наших силах, и не давать создавать новые. Вот в этом я вижу свою задачу в Государственной думе. Конечно это приведет к определенному оживлению, не сомневаюсь.

«Y»: Известно, что все партии у нас консультируются с Кремлем. С вами такие консультации ведутся?

С.М.: Нет, никаких консультаций не ведем. «Все» – не совсем точно. Консультируются кремлевские проекты. А есть партии, которые выросли из общества, без помощи Кремля, и сумели сохраниться, например, мы. Потому к нам никто не суется ни с какими ультиматумами.

«Y»: А если из Кремля придут торговаться?

С.М.: Наш диалог – публичный, всегда. Мы говорим, что мы – не экстремисты. Мы оппозиционная партия, мы в оппозиции к Путину, Медведеву, предлагаем другую программу развития страны, но мы готовы вести с властью диалог. Если мы видим что-то вредное — будем открыто об этом говорить. Если предлагаем что-то полезное — будем предлагать, в том числе и властям. Они это понимают. Потом, мы же никогда не метались. Почему у нас некоторых политиков не любят? Потому что некоторые политики — сегодня ярые оппозиционеры — когда-то ели с руки, а потом стали кусать эту руку. Этого сильно не любят, а мы такими никогда не были, с руки не ели, не шли с лозунгом «Путина в президенты, Кириенко в Думу». Поэтому к нам другое отношение в этом смысле. Поэтому нам дают дышать чуть-чуть, а им перекрывают кислород, именно по этой причине.

«Y»: С учетом того, что освободился правый фланг, шансы «Яблока» на прохождение в Думу повышаются?

С.М.: Некоторая надежда на это появилась. Кремль делал ставку на «Правое дело», но коль скоро оно загнулось, теперь там понимают, что придется принимать демократию в полном объеме, как ее предлагает «Яблоко». Конечно нам не дадут создать очень большую фракцию, чтобы мы не смогли пошатнуть основы политической системы, но велика вероятность, что все-таки не будут мешать, как мешали, например, на прошлых выборах.

Читайте также: Новости Новороссии.