Идеи года: в Европу без Петра

15.11.2020

В начале нового года нелишне вспомнить идеи года минувшего, ведь многие начнут или продолжат реализовываться уже в наступившем. Имеет смысл вспомнить идеи, как только что выдвинутые, так и те, что уже доказали свою привлекательность, а также отвергнутые. Как «московские городские» идеи, так и «общероссийского масштаба», но имеющие самое непосредственное отношение к Москве и «столичному региону».

Если «событием года» для Москвы, безусловно, является смена мэра, то «идеей года» по своему масштабу следует признать Сколково. Понятно, что замысел грандиозного гросс-наукограда, призванного вдохнуть новую жизнь в умирающую российскую науку, возник раньше. Но само Сколково — как географическое место и как символ возрождения – это идея 2010 года. 15 февраля Владислав Сурков в «Ведомостях» дал пояснения, «зачем Россия создаст национальный аналог Кремниевой долины». Правда, Сурков упоямнул такие места, как «Томск, Новосибирск, Санкт-Петербург, Обнинск». Однако уже 19 марта президент России Дмитрий Медведев на встрече со студентами – победителями олимпиад назвал конкретный населенный пункт в самом ближнем Подмосковье на западной границе столицы. И почти никому доселе неизвестно географическое название засияло гранями-сколами.

Великий проект – но и сомнения в нем великие. Степень общественного недоверия колоссальна, и это понято, учитывая весь провальный опыт недавнего прошлого. Когда будут реально построены супер-научные объекты? Приедут ли таланты из-за рубежа – и что их тут особенно привлечет? Потянут ли во многом потерявшие квалификацию таланты отечественные? Благодаря чему реализуется новая схема, если прежние схемы – академические, бюрократические и т.п. – отказали? Все это пока совершено неясно. Не так уж мало и тех, кто относит Сколково к разряду идей безумных. Резко отрицательная реакция новоиспеченного нобелевского лауреата Андрея Гейма весьма показательна.

Из «федеральных» идей, большое месте заняла в массовом сознании идея переименования милиции в полицию. Недавно принят целый закон, в котором много всякого прописано, и в котором пока мало кто что понял. «Милиция-полиция» стала словесным маркером, и обсуждение приняло характер, несколько карикатурный. К Москве это имеет самое прямое отношение – как-никак, в столице процент милиционеров на душу населения всегда самый большой. Здесь же и больше всего экспертов, что проштудировали сам закон и сочли его столь жестко-авторитарным, что впору назвать его «законом о полицаях». Слово «полицай» активно используют и те коммунисты, кому дорога советская эстетика. Во что это все выльется после всех поправок в закон – покажет весна.

Драматические декабрьские события на Манежной площади вызвали к жизни идею «либерального национализма». Один из лидеров внесистемной оппозиции, соучредитель новой «Партии народной свободы» Владимир Милов призвал своих либеральных коллег повернуться, наконец, лицом к национальному вопросу.

«Нужно предлагать эффективные решения в области миграционной политики и межэтнических отношений, а не отрицать эти проблемы, устраивая истерику по поводу того, что «это все ксенофобия», — усовестил коллег Милов в программной статье в Gazeta.ru. — Больше нельзя отдавать русскую национальную повестку дня радикальным националистам, если мы не хотим получить Манежную площадь в масштабах страны».

Конечно, тут же раздались отповеди. «Естественно, более всего меня волнует стремительное оформление движения «национал-либералов», — писал другой либеральный трибун, Евгений Ихлов. — Ибо в них я вижу могильщиков российской демократической оппозиции». Кто победит, Милов или Ихлов, достаточно любопытно.

Менее политизированная публика в уходящем году была сильно задета, заинтригована и скандализована сразу несколькими вопросами, связанными с такой философской категорией, как время. Проблема сокращения числа часовых поясов Москвы как раз не коснулась – «начинается Земля, как известно, от Кремля», московское-то время никуда не сдвинется. Зато очень многие из нас очень остро восприняли три других вопроса – так сказать, «три цвета времени».

Как гром среди ясного неба прозвучала инициатива Российского союза промышленников и предпринимателей о том, чтобы разрешить трудящимся удлинить свою рабочую неделю до 60 часов. Особенный гнев вызвало то, что это озвучил молодой, пышущий здоровьем и явно наслаждающийся жизнью олигарх, «никелевый король» Михаил Прохоров. Впрочем, такие вещи – хоть кто озвучивай.

Опять же, здесь выдвинут был целый законопроект, в котором опять-таки мало кто что понял. Прохоров принужден был оправдываться и объяснять, что он вовсе не желал удлинения рабочих смен, а хотел только облегчить безвестным трудоголикам совместительство. Мало кто, однако, верит, что коварные олигархи «ничего такого не хотели», — доверие к российскому бизнесу сильно подорвано. В любом случае, когда делаешь заявления на такие чувствительные темы, надо каждое слово взвешивать на вес золота.

Еще один «цвет времени» — идея отказаться от перехода на зимнее и летнее время. Она не нова, но в этом году ее особенно активно «пробивал» неутомимый спикер Совета Федерации Сергей Миронов, потрясая фактами ущерба здоровью граждан от сдвижения стрелки часов дважды в год. Пока, однако, «на зимнее время» часовую стрелку решили передвинуть, благо осенью ее двигают на час назад, и можно в этот день подольше поспать. А вот ждет ли нас где-нибудь в апреле перевод стрелок на час вперед – пока неясно.

Здесь же идея, связанная со временем, которая принадлежит новому мэру Москвы Сергею Собянину. Она сразу же начала осуществляться – в целях борьбы с пробками, для облегчения утренних и вечерних «пиков», рабочий день всех городских чиновников сдвинулся на час впереди и начинается с 8 утра. Насколько клерки за это благодарны любимому градоначальнику, — сказать сложно. Часы «пик», вообще-то, «рассасывать» надо. Министерство транспорта готово посодействовать и предложило федеральным чиновникам сдвинуть свой рабочий день на час назад и начинать в 10.00. Сдается, что это все-таки приятней, хоть и конец тоже отодвигается.

Смена столичного руководства вообще породила целый пучок идей, не обязательно принадлежащих Сергею Собянину лично. Одной из наиболее веселых идей явилась инициатива свержения грандиозного памятника Петру I на стрелке Москвы-реки у Крымского вала. Сам Владимир Ресин предложил подумать о переносе куда-нибудь этого колосса, который так нравился Юрию Лужкову и что-то мало нравится кому-либо еще. Тот же Сергей Миронов намекнул на возможный переезд Петра на Финский залив, а более раскованные рок-музыканты, в частности, Борис Гребенщиков и Сергей Галанин, предложили вообще опустить его на дно морское. Все же, пришлось вспомнить, что такие работы очень дорого будут стоить, а деньги нужны на более насущное. Тем не менее, безопасная жизнь Петру уже не гарантирована.

Сам новый мэр выдвинул немало идей по борьбе с пробками. Многие из них высказывались специалистами достаточно давно, но не было властного «рупора», чтобы их озвучить с высоких трибун. Довольно неожиданно прозвучала из уст Собянина информация о том, что в Москве множество проездов в железнодорожных насыпях было в разные годы заделано. Это было настоящее вялотекущее преступление перед городом, который так остро нуждается в железнодорожных переездах. И если слово не разойдется с делом, и проезды разгородят, благой эффект несомненен.

А вот полюбившаяся новому мэру идея продлить метро в Подмосковье, напротив, встретила массу авторитетных возражений. Суть дела в том, что удлинение существующих линий вызовет чудовищную давку на центральных станциях. Хотя в правительстве России, как следует из слов вице-премьера Сергея Иванова, к ней отнеслись с интересом.

Ну, и, кроме того, мэр взбудоражил общественность пожеланием «строить городки для пенсионеров» в среднерусской полосе. Здесь-то как раз понятно, что Собянина «не так поняли», и что выселять он никаких пенсионеров не собирался, а хотел позаботиться о тех пенсионерах, что живут на бесчисленных дачах, нередко в силу безденежья. Но как им реально можно помочь в бедном государстве, не очень ясно.

Из других сфер, умы образованной части общества недавно потряс проект образовательного стандарта для старших классов, в котором обязательными оказались физкультура, ОБЖ и концентрат истории и географии под названием «Россия в мире», а все остальное, включая математику и русский язык – «по выбору». Уже поднялась паника среди родителей, в СМИ высказано немало хлестких выражений по адресу педагогов, решивших заняться ура-патриотическим оболваниванием. Возможно, кстати, что незадачливый автор проекта Александр Кондаков уподобился олигарху Прохорову и несколько коряво изложил собственные мысли, но это его не извиняет. У педагогов, в отличие от олигархов, слуг нету, но есть обязанность владеть пером и слогом.

Наконец, среди безумных идей промелькнула «исламская инициатива» о выделении части московских православных храмов для религиозных нужд мусульман, которым очень не хватает мечетей. Опять же, естественно, идея тюменского муфтия Фатыха Гарифуллина получила массу резких отповедей. Вряд ли можно сказать, что это сильно ухудшило межнациональные отношения, ибо для настоящих национальных волнений в декабре имелись другие причины.

Перечислять идеи можно еще долго, среди идей меньшего «калибра» вспоминается, скажем, «социальная розетка», расширяющая применение квартирной «радиоточки» вплоть до Интернета. Или, например, только что высказанная идея вице-премьера Сергея Иванова о развитии в Москве вертолетного такси, которое к тому же будет базироваться на Москве-реке. Жизнь отделит зерна от плевел. И, наконец, возвращаясь в «большую политику» — среди явно безумных идей можно отметить мнение (трудно понять, сколь искреннее) многих демократов, что якобы судья Виктор Данилкин может оправдать Ходорковского. Это был бред, хотя и его носителей тоже можно понять.

Читайте также: Самые свежие новости Новороссии.