Дворцы — Абрамовичу, могилы — шахтерам

21.11.2019

С директором шахты мы падаем в бездну, на 700-метровый горизонт, здесь идут выработки. Жара, как в тропиках, улицы, переулки, ходит своя электричка, которую величают козой. На ней едут люди с черными лицами, похожие на чертей.

После экскурсии в подземелье быстро помылся. Вышел из душевой, а меня вернули обратно, лицо было черным. Один из шахтеров мне рассказал, что когда уходит в отпуск, то еще долго во время сна его простынь покрывается черными пятнашками, уголь продолжает выходить из пор тела. Возле шахтоуправления я лег на траву и долго наслаждался солнцем, на поверхности было как в раю…

Сейчас вся страна переживает страшную трагедию на шахте «Распадская». К сожалению, даже общенародный траур по этому случаю не объявлен. Был траур при пожаре в клубе «Хромая Лошадь», сделали черный день при гибели польской делегации в Смоленске, конечно, всех жаль. Но очевидно, наша власть не хочет равнять этих персон даже в смерти с чернорабочими из шахты и лишать ради этого заработка шоу-бизнес. В эти поминальные дни в Междуреченске, где находится шахта, происходили действия, похожие на ритуальные игры сатанистов.

Еще не всех погибших нашли и похоронили, но чтобы не допустить на городских площадях протестных митингов, решили устроить на этих пятачках народные празднества, детские утренники, соревнования. Разве это не кощунство, гуляйте, пляшите на свежих могилах!
После катастрофы на «Распадской» управляющий этой угольной компанией Козовой, сказал, что шахтерам грех жаловаться, они получают по 80 тысяч рублей в месяц. Может быть, управляющий по-своему был прав, он подключился к схеме расчета средней зарплаты по всей стране.

Десяток топ-менеджеров получают миллионы, а тысячи шахтеров в подземелье копейки, но если сложить все вместе, разделить на общее количество работающих, наверно, и получится 80 тысяч рублей на брата. На самом деле при выполнении плана горнорабочие вытягивают всего тысяч 35 рублей в месяц, если плана нет, вообще остаются при 15–17 тысячах.
Когда только начался нынешний кризис, я присутствовал на профсоюзной конференции, где выступил шахтер с «Распадской». Его вместе с другими под угрозой увольнения заставляли писать заявления такого содержания: «В связи с финансовыми трудностями на шахте я согласен перейти на четырехчасовой рабочий день».

В это самое время совет директоров «Распадской» выплатил за последний квартал 1,17 миллиарда рублей дивидендов акционерам. «Распадская» на 80 процентов принадлежит кипрской компании Gorber Enteprises LtdНа, главный акционер здесь Роман Абрамович. Вместо того чтобы на эти деньги кормить шахтеров, модернизировать производство, их гонят в офшор, на это уходит до двух третей прибыли предприятия. Шахтеры в складчину с металлургами на свои деньги строят для Абрамовича яхты, дворцы.

Геннадий Козовой, тоже акционер-киприот, после того как на словах подарил шахтерам 80 тысяч рублей зарплаты, заявил, что люди работают у него не за деньги, а за рабочие места. Если недовольны, то он наймет китайцев. Несколько таких циничных слов – и люди без всяких призывов двинули на площадь, стали кричать хором: Щербаков, Щербаков, звали мэра города как третейского судью, но он спрятался за дверью, к людям не выходил.

Зато, когда возмущенный народ пошел перекрывать железную дорогу, появился на переезде, призывал бунтарей вести переговоры цивилизованно. Через некоторое время прибыл ОМОН, и цивилизованный разговор начался. Три раза железнодорожный переезд переходил из рук в руки, наконец омоновцы осилили толпу, арестовав 28 человек.

Губернатор Аман Тулеев нашел сразу организатора бунта – Антон Герасимов. Правда, называя эту фамилию, он показывал портрет совсем другого человека, но все равно Герасимову присвоили звание главаря преступной группировки. На самом деле молодой парень не судился, не привлекался, шесть лет назад по окончании школы пошел работать на шахту, больше было некуда.
Да, он вместе с другими перекрывал движение на железной дороге, тут и организаторов было не нужно, после слов Козового выдохнули разом и пошли. Антону сейчас советуют для защиты своей чести и достоинства подать в суд. К сожалению, у простого шахтера бешеных денег для адвокатов нет, трудно будет ему в нашем суде защитить свою честь.

Если слушать губернатора, то шахтеры выглядят, как дети несмышленые, хоть сразу их лишай дееспособности, не понимают, что происходит вокруг, если чужаки не подскажут, будут терпеть произвол, молчать и тихо умирать. По губернаторской версии, послушную челядь смутили иностранные сайты, какие-то журналисты, об этом губернатор доложил народу, сказал, будьте бдительны. Оглуплять простых людей, которые как бы не могут без подсказок постоять за себя, самое любимое занятие «единороссов», когда увеличили пошлины на иномарки на Дальнем Востоке, там тоже полыхнуло. Тут же видный «единоросс» заявил, что бунт подготовлен на иностранные деньги. Объявили голодовку водители в Якутии, опять же якобы разогрели чужаки.

Еще недавно Тулеев ратовал за откачку из угольных пластов газа метана, как это делают в США, Австралии, но наш бизнес, коллективный абрамович, денег на это пожалел. Тогда губернатор заявил, что наркоманы затесались в ряды шахтеров, они хуже террористов, разводят огонь в подземелье, варят для себя зелье и спокойный метан, который приручили собственники, от этого взрывается. Обнаружили после взрыва в шахте какую-то ложку, долго о ней говорили, но подтянуть к ложке другие доказательства не удалось. Вместо требования о повышении зарплаты шахтерам, отмены сдельно-премиальной оплаты труда, улучшения охраны труда, крутого разговора с олигархами бросили все силы на ловлю подземных наркоманов.

Раньше риск шахтеру возмещали хорошим заработком, уважением, почетом, льготами. Прославляли этот труд песнями, много было фильмов о горняках, это была романтика, передовая нашей страны. Каждый год шахтер получал бесплатную путевку в санаторий, если со здоровьем становилось плохо, то снимали с работы, отправляли в профилакторий. Зарабатывая около 400 рублей в месяц, шахтер мог позволить себе поездки с семьей на море, это была самая заметная публика на наших курортах, в Краснодарском крае, в Крыму и Грузии. Теперь оплачивают этот каторжный труд унижениями, тычками, оговорами.

Все шахтерские городки – это моногорода. Не напрасно управляющий угольной компанией «Распадская» Козовой говорит, что в их компании борются не за деньги, а за рабочие места. Другой работы в городе нет, женщинам вообще нельзя трудоустроиться. Людей сделали крепостными, они привязаны к забою, к заводу, куда-нибудь переехать, нет денег, здесь хотя бы крыша над головой есть.

Несколько лет назад я в очередной раз побывал в городе Киселевске, это недалеко от Междуреченска. Познакомился с редким для нашей изуродованной страны человеческим экземпляром, с настоящим созидателем, Александром Драничниковым, вернее, с тем, что он создавал на родной земле.
Он начал свою деятельность горнорабочим, учился, стал директором шахты в Киселевске. После акционирования предприятия, с согласия коллектива, создал инвестиционную компанию «Соколовская», стал убеждать коллектив, что нужно не только самим хорошо жить, но и другим помогать, давать работу. Добывали уголь, а над лавой пустовала земля, колхоз распался, люди остались без работы. Компания взяла эту землю в аренду, занялись животноводством, завезли ценную породу коров, пошло молоко. Куда его девать? Выкупили дышавший на ладан молокозавод. Модернизировали, увеличили мощность – появились новые рабочие места. Стали кормить не только свой город, но и вывозить продукцию за ее границы. Сельский цех «Соколовской» набирал обороты. Были закуплены импортные комбайны, появилась своя МТС. Соберут собственный урожай, едут помогать соседям. Самоликвидировалось автохозяйство «Тайбинское», а помещения остались. «Соколовская» приобрела их, организовали на этой территории авторемонтные мастерские, да еще стали разливать здесь минеральную воду, опять новые рабочие места для города. Обанкротилась обувная фабрика, чтобы горожанам не нужно было ездить за ширпотребом в соседний Новокузнецк, «Соколовская» на этих площадях стала отстраивать торговый центр, рядом наладили производство рабочей одежды.

Все непрофильные объекты назывались социальными, в будущем они должны были приносить прибыль, а пока главным кормильцем был уголь. Для этого нужно было делать шахту более прибыльной, Драничников поехал перенимать опыт в США, закупили в Англии комплекс «Джойс». Стали переходить на новые технологии, шахтерам, чтобы работать на таком оборудовании, пришлось даже компьютер изучать. Если раньше шахта давала в год 640 тысяч тонн угля, то с переходом на новую технологию стали добывать 2,4 миллиона тонн. К сожалению, снабдить подобной техникой все угольные предприятия страны нет возможности, импортное оборудование очень дорогое, а наше отечественное имеет очень низкие технические показатели.

Драничников стал создавать у себя машиностроительную отрасль, в очередной раз он приобретает заброшенный завод, ставит на довольствие ученых и конструкторов института страны Гипроуглемаш.
Драничников не строил для себя дорогих коттеджей, не прогуливал деньги на модных европейских курортах, только через десять лет у него в Москве, где он проводил очень много времени, появилось свое жилье, а квартиру в Киселевске он превратил в гостиницу для командировочных, оставив для себя в ней одну комнату. Я разговаривал с людьми, которые стояли в очереди на своеобразный кастинг для приема на обыкновенные шахтерские должности. Спросил, что их привлекает на «Соколовской», мне отвечали, что здесь надежно и не превращают человека в быдло.

Потом Драничников получил письмо от губернатора Тулеева: «Хочу поблагодарить вас за созидательную работу в нашем регионе. Вместе с тем обращаюсь к вам не только как губернатор, но и впервые с личной просьбой. Я убедительно прошу вас решить вопрос о приобретении в собственность шахты «Киселевской» для восстановления ее производственной деятельности».
Как не откликнуться на беду родного города? Шахту во время приватизации купил за смешные деньги предприниматель Поздняков, но для получения прибыли нужно было уметь управлять предприятием. Новый хозяин бросил все на произвол судьбы. Шахту разворовали, разграбили, тащили отсюда электрические кабели и детали машин, в результате банкротство. «Соколовская» решила восстанавливать шахту на собственные деньги и думать о ее приобретении.
На обновленной шахте должен был уже состояться пуск, и тут появилась колонна машин во главе с заместителем губернатора Наумовым. Территорию оцепила милиция, шахтерам сообщили, что назначен новый директор, управлять шахтой будет разрез «Черниговский». «Соколовской» оставили долги за ее обновление. Унизили не только Драничникова, но и большой коллектив. После такого предательства Драничников продал основные активы и покинул Кузбасс.

Вот и говори после этого случая о спасении моногородов, о развитии угольной отрасли. Драничникова отстранили от переустройства государства, отдали это дело в руки Абрамовичу, Дерипаске. Для этих гастролеров наша страна давно перестала быть Родиной. Соотечественники, рискуя жизнью, здоровьем, куют для них прибыль и голосуют одновременно почему-то за партию «Единая Россия», которая заботится не о простых тружениках, а прислуживает олигархам.

Эта партийная команда закопала законы о прогрессивном налогообложении, такая же судьба постигла проект о предварительной дегазации шахт, того же метана. Это намного бы сократило катастрофы и жертвы в шахтах, но хозяева не хотят раскошеливаться. Заблудился в думских коридорах закон об обязательном страховании ответственности владельцев предприятий. Пока прибыль гребут они, а за риски расплачивается государство.

Сейчас распространяются легенды, что рядовые шахтеры накрывают телогрейками датчики метана. На самом деле это делается по указанию начальника участка, надзор за смену должен два раза контролировать деятельность прибора, заговор простых шахтеров обнаружится сразу. Из далеких земель свои пожелания передает хозяин, а там уже пешки действуют по обстоятельствам, накрывают приборы, перепрограммируют целые компьютерные программы. По вине этих хакеров на шахте «Ульяновской» погибли 110 человек.

Еще недавно охрана труда была одним из основных видов деятельности проф­союзов. Чтобы рабочие организации не мешали полукриминальному бизнесу, их с помощью власти и собственников отстранили от защиты работника. Профсоюзные лидеры выступают теперь на задворках как сторонние наблюдатели, а там, в шахте, бери горняка голыми руками, никто не придет к нему на помощь.

Читайте также: Самые свежие новости Новороссии.